Mrs. Spooky (nari_gordon) wrote,
Mrs. Spooky
nari_gordon

Сны о чем-то большем, гл 4




Глава 4. -

Он ходячая битва, он каждый день выжжен дотла.
Вороны вьют венки, псы лают из-за угла.
Малейшая оплошность – и не дожить до весны,
Отсюда величие в каждом движеньи струны;
Он спит в носках, он ждет выстрелов с той стороны.


– Гарри, расскажи же о себе, – Джинни в нетерпении подпрыгивала на диване. – Что ты делал все эти годы?

Вэйн устроился на полу рядом с диваном, подвернул под себя ногу и начал негромко рассказывать.

– Я помню тошнотворное, долгое, мучительное умирание. Меня словно бы вывернули наизнанку. Я помню тьму, обжигающую льдом и жаром одновременно. Я помню голоса, их было так много. Они что-то рассказывали мне, кричали, пели. И ни пространства, ни времени – я просто потерялся в Нечто. Видимо, этой огненной, ледяной тьме в один прекрасный момент надоело забавляться со мной, и она выбросила меня. Пришел в себя я уже на больничной койке. Мне сказали, что я попал в серьезную аварию. Документов при мне не было, как меня звали и кто я такой, я не помнил. Так и родился на свет Вэйн Джон Доу.

– А почему тебе дали такое имя? – полюбопытствовала Гермиона.

– Я сам его выбрал. Джон Доу – невидимка, никто, пустое место. А Вэйн – одна из медсестер сказала, что мне пошло бы это имя. Ну, а мне было все равно.

Ну, а потом со мной начали твориться странные вещи – медицинская аппаратура то и дело выходила из строя, мебель загоралась сама собой, предметы взрывались или летали, я стал видеть то, что происходило за стенами, слышал мысли. Персонал стал меня бояться, и в один день, не могу сказать, что он был прекрасным, у моей постели появился Дейв Скиттерс. Он возглавлял Контору – правительственную организацию, официально занимавшуюся «изучением паранормальных явлений». На деле же они разыскивали по всей стране экстрасенсов и готовили из них своего рода «биологическое оружие». В «штате» были те, кто служил живым детектором лжи, те, кто мог находить предметы и людей, те, кто мог разрушать все вокруг, изменять структуру вещей,предсказывать будущее… После клиники Скиттерс забрал меня для «изучения», как он выразился. Я был хорошим подопытным животным. Почти пять лет.

– Подопытным животным? – удивленно спросила Джинни.

– «Вы можете поджечь эту куклу взглядом, мистер Доу? А остановить сердце кролика? Что написано на табличке, которая находится в другой комнате? О чем думает это человек, мистер Доу? Вы не стараетесь, мистер Доу!» – передразнил кого-то Вэйн.

– И ты…делал это? – Джинни была ошеломлена.

Вэйн усмехнулся:

– У них крайне эффективные методы убеждения.

– То есть? – не понял Рон.

– Электрошок, болезненные инъекции в нервные узлы, камера со свинцовыми стенами, размером 2 на 2 метра, без света, без звуков, наркотики, голод, кстати, тоже оказывается весьма убедительным.

– Но это же бесчеловечно! – возмутилась Гермиона.

– А кто говорил о человечности? В конце концов я решил, что лучше быть послушным мальчиком и видеть дневной свет, дышать свежим воздухом, ходить по улицам, чем гнить заживо и сходить с ума неизвестно где.

Моим основным даром, как выяснилось, было проникновение и манипуляции с сознанием человека. Я добывал информацию о предстоящих сделках наркоторговцев, выбивал признание из убийц и насильников, запугивал. За это мне дали возможность жить, сначала в самом Лондоне, под жестким контролем Конторы, а когда убедились, что я не собираюсь бежать или обращать свои способности против них, позволили мне купить дом в пригороде Лондона. Впрочем, препарат, блокирующий вспышки эмоций, мне пришлось вводить себе почти все время, что я у них работал. А сегодня я пришел к Скиттерсу, чтобы попросить об отпуске. Он отказал, ну и я…слегка вышел из себя. Так меня и занесло в тот паб, где мы встретились. – Вэйн кивнул на Рона с Джинни.

– Какой ужас! – прошептала Гермиона.

Вэйн поднялся.

– Мне надо заскочить домой, кое-что взять и подыскать себе какое-то укрытие на время – Контора просто так меня не отпустит.

– Укрытие? Я знаю, где тебе можно укрыться! Там тебя никто не найдет! – радостно сообщила Гермиона.

– И где, позвольте полюбопытствовать?

– Лондон, Гриммаулд-Плейс, 12!

– Я не хочу злоупотреблять чужим гостеприимством, – пожал плечами Вэйн.

– Это твой дом, Гарри! – улыбаясь, ответила Джинни.

– Мой дом??

– Да, – подтвердила Гермиона, – он перешел к тебе, когда твой крестный, Сириус Блэк, считался мертвым. Да так и остался в твоем владении и после возвращения Сириуса. Ты можешь отправиться туда хоть сейчас.

Вэйн покачал головой.

– Сначала домой.

– Мы поедем с тобой!

– Вы полагаете, что я не в состоянии добраться до дома? – Вэйн начал раздражаться.

Гермиона закусила губу.

– Нам всем было бы спокойнее знать, что с тобой все в порядке.

Вэйн досадливо повел плечом.

– Если вам так охота, поедем.

Уже сидя в такси, Джинни осторожно поинтересовалась:

– Ты ничего не рассказал о своей семье.

Вэйн, отстраненно смотревший в окно, не поворачивая головы, ответил:

– У меня нет семьи.

– А была?

– Нет.

– Ну, а девушки-то у тебя были? – не унималась Джинни.

– Нет. И предвосхищая следующий вопрос: мужчин, животных и резиновых кукол тоже. – Вэйн, наконец, повернулся к Джинни. – После слишком частых контактов с ммм…продуктами жизнедеятельности человеческих умов желания близко знакомиться с человеческим телом не возникает.

Вэйн предусмотрительно попросил остановить машину подальше от дома и повел троицу какими-то темными закоулками. Через дыру в ограде они попали на задний двор. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что поблизости никого не видно, Вэйн приоткрыл дверь гаража и проскользнул внутрь. Гермиона, Джинни и Рон последовали за ним.

В просторном гараже стоял черный джип. Гермиона поразилась чистоте и аккуратности, царившим в помещении. Ни масляных тряпок на полу, ни пустых канистр.

В конце гаража виднелась дверь.

– Пройдем через подвал, только тихо, у меня есть некоторые подозрения… – Вэйн не стал уточнять, какие именно.

В подвале бросилась в глаза черная плоская фигура, какие используются для стрельб, изрешеченная выстрелами.

– Ого! – не выдержал Рон.

Вэйн обернулся к нему, кинув мрачный взгляд. Рон зажал себе руками рот.

Они подошли к лестнице, ведущей наверх, в дом.

Вэйн на минуту задумался и сказал:

– Подождите здесь, я хочу проверить, – и шагнул в холл. Дверь за ним начала закрываться.

И тут раздался насмешливый голос:

– Ты заставляешь себя ждать, Доу!

Гермиона в ужасе посмотрела в щель. Она увидела стоявшего в холле коротышку с плоским лицом. Гарри держали двое мужчин в черных костюмах. Еще пара стояли рядом с коротышкой. Один из державших Гарри достал из кармана шприц, наполненный чем-то, и воткнул ему в руку. Через мгновение тело Гарри обвисло.

Гермиона обернулась к Рону и Джинни и прошептала:

– Гарри надо помочь! Давайте по сигналу…

Вэйн шагнул в холл и попал в железную хватку. Безуспешно дернувшись, он увидел перед собой Скиттерса.

– Черт! – досадливо выругался про себя. – Черт, черт, черт.

– Ты заставляешь себя ждать, Доу! – Голос начальника был насмешлив, а выражение лица – торжествующим. Он подал знак, и один из удерживающих Вэйна молодцов всадил ему в плечо шприц. Ноги сделались ватными. И где-то краешком угасающего сознания он услышал скрип открывающейся двери подвала и что-то выкрикивающие голоса.

***

Вэйн проснулся и обнаружил себя на диване. Во рту была горечь, его тошнило и невыносимо болела голова. Он поморщился и повернулся на бок.

– О, Гарри, ты пришел в себя! – Вэйн сфокусировал взгляд на Джинни.

– Что…– он не договорил.

– Мы наложили на этих парней оглушающие заклятья, они лежат там, в холле.

– Спасибо, – только и смог произнести Вэйн.

– Да не за что! – Джинни радостно улыбалась. – Это люди из твоей конторы, да?

– Да, – хмуро ответил он, а сам лихорадочно соображал, что делать дальше. – Сколько времени прошло?

– Часов пять.

Джинни присела рядом с диваном и взяла его за руку. Она смотрела на человека, которого полюбила еще девочкой и продолжала любить до сих пор. Она вдруг поняла, что растеряла все слова, которые хотела сказать ему.

– Какое у тебя интересное кольцо, – только и нашлась она, чтобы разорвать повисшую между ними тишину.

Массивное, из нескольких сегментов кольцо изображало охватившую всю фалангу виверну. Вэйн высвободил руку, опустил ее на пол и легонько стукнул пальцем. Сегменты раскрылись, теперь палец напоминал мощный, серебристый и очень острый коготь. Вэйн приподнял палец на уровень лица Джинни, демонстрируя кольцо во всей красе.

– Да, крайне удобная штука для выкалывания глаз, – равнодушно заметил он.

Джинни со страхом взглянула на него – шутит он или серьезно? – и выдавила из себя кривую улыбку.

– Мне надо в ванную, – бросил он и поднялся.

Джинни так и осталась сидеть на полу, обхватив колени руками.

Вэйн добрел до ванной комнаты, плеснул в лицо холодной воды, поднял голову и посмотрелся в зеркало. Там отразилось бледное, напряженное лицо. Под глазами затаились черные тени. Белые губы повело на сторону.

– Здравствуй, моя смерть, – сказал Вэйн своему отражению в стекле, ухмыльнувшись.

Пересохшие под линзами глаза уже саднило. Он с трудом снял линзы. Теперь в зеркале отражался зеленоглазый мужчина.

Он встал под прохладный душ, смывая с себя события этого дня.

Заслышав шаги, Джинни подняла голову. В комнату вернулся Гарри. С мокрыми волосами, в затемненных очках, успевший переодеться.

– А где Гермиона и Рон? – поинтересовался он.

– Они отправились по делам, скоро будут.

– Понятно. Мне надо решить вопрос с теми. – Вэйн кивнул в сторону холла.

Он вышел туда и увидел лежащих без сознания людей.

Он встал поближе к ним и закрыл глаза. Он вторгался в умы каждого и безжалостно обрубал любое воспоминание о своем существовании. Через некоторое время вернулся в комнату к Джинни.

– Я увезу их, а вы побудьте здесь, хорошо?

– Я могу приготовить ужин.

Вэйн приглашающе указал в сторону кухни. Он показал ей, где что лежит, включил маленький телевизор, стоявший на холодильнике, и вышел.

Джинни резала овощи для салата, когда услышала стук в дверь. Она подошла и услышала голос Гермионы:

– Джинни, это мы!

И поспешила открыть дверь.

– А как Гарри? – спросила Гермиона.

– Он проснулся и поехал «решать вопрос», как он сказал, с этими ужасными людьми.

– Ох, а он точно был в порядке?– обеспокоено спросила Гермиона.

– По-моему, да.

– А когда же он вернется?

– Не знаю, он ничего не сказал.

– Что ж, остается только ждать. Я поговорила с профессором Дамблдором и МакГонагалл, а Рон сообщил Хмури и Тонкс. Они очень обрадовались информации о Гарри и согласны со мной, что ему лучше остановиться на Гриммаулд-Плейс. Они сами прибудут туда завтра вечером.

– А Снейп? – подошедший Рон слегка нахмурился.

– А что Снейп? – с вызовом ответила Гермиона.

– Ну, он живет сейчас там.

– Ну и что? Не убьют же они друг друга. Гарри давно уже не ребенок. Да и столько лет прошло!

Тут хлопнула входная дверь.

– Это, наверное, Гарри, – произнесла Джинни.

Они вышли из кухни и увидели очень мрачного Гарри.

– Гарри, как ты вов…– Джинни не успела договорить. Он вскинул руку в останавливающем жесте и хрипло произнес:

– Не трогайте меня, – и развернулся в сторону подвала. От него резко пахнУло гарью.

Гермиона и Джинни переглянулись.

– Ты думаешь ?…– одними губами произнесла Джинни.

Гермиона развела руками.

Спустя несколько тягостных минут они услышали грохот музыки, выстрелы и крик. Женщины и Рон кинулись к лестнице, ведущей в подвал.

Рон распахнул дверь и их глазами предстала жуткая картина: Гарри стоял перед черной фигурой с пистолетом в руках, всаживал в нее пулю за пулей и выкрикивал слова песни, заглушая магнитофон на полу. Они застыли на пороге, пораженные.

Getadelt wird wer Schmerzen kennt
vom Feuer das die Haut verbrennt
Ich werf ein Licht
in mein Gesicht
Ein heisser Schrei
Feuer frei!

Bang, bang

(Осудят того, кто знает боль
Огня, что сжигает кожу.
Я бросаю свет
В мое лицо.
Горячий крик
Открыть огонь!

Бах, бах.)*


– Господи, Гарри, что с тобой? – Гермиона бросилась к нему.

Он повернул к ней лицо и совершенно спокойным голосом, от которого у нее побежали мурашки по коже, произнес:

– Не быть больше старой боли. – И добавил: – Бах, бах…

– Гарри, ты же не… – Гермиона задохнулась.

– Ну, конечно же, нет. Всего лишь сгорели старые бумаги. Ваша добродетель может спать спокойно.

Гермиона вспыхнула.

– Моя добродетель тут совершенно не при чем, Вэйн Доу! – и пошла к выходу.

Вэйн опустил голову, но не двинулся с места.


_________________________________________________________
* Ценители творчества группы "Раммштайн" без труда узнают в отрывке песню "Feuer frei!" (Открыть огонь!)
Tags: ГП, Писанина
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments